- Нет, - возразил Моррис. - И вы это прекрасно знаете. Сейчас вы это понимаете. Бессознательно. На уровне интуиции. Ведь это сделало бы вас законным субъектом военной юриспруденции.

Ни к кому конкретно не обращаясь, касновец сказал:

- Это правда. Они назначили практически всех, кому бесплатно подбирали личный состав. Одели их в форму. - Его лицо вновь стало профессионально отстраненным.

- Черт! - Ларс почувствовал, что весь сжался. Это не было прихотью отказаться от почетного звания. Он дал глупый ответ на глупый документ. А сейчас, тщательно поразмыслив...

- Я прав? - спросил Генри Моррис, разглядывая его.

- Да, - сказал Ларс после паузы. - Я ведь знал это. - Он развел руками. - Ну и черт с ним!

Он вновь посмотрел на собранные КАСН эскизы оружия. Конечно, все было не так-то просто в его отношениях с ООН-3 ГБ. И гораздо глубже, чем какая-то мелочь - почетное звание, которое становится поводом для безусловного подчинения военным. Он отказался войти в область действия приказов. О чем даже и не задумывался.

Просматривая эскизы Топчевой, Ларс понял, что именно этот аспект так отравляет его работу - и жизнь всех, даже членов Правления.

Ага, вот. И не случайно. _Э_т_о_ проходило через каждый проект. Он просмотрел все документы и бросил их обратно на стол.

Человеку из КАСН он сказал:

- Ну и оружие! Забирайте это в свой конверт.

Во всей подборке ничего похожего на оружие не было.

- Что касается сокомов... - начал Генри Моррис.

- А что такое "соком"? - спросил его Ларс.

Моррис, растерявшись, ответил:

- Как это: "что такое "соком"? Вы же знаете! Вы заседаете с ними дважды в месяц. - Он жестом показал свое раздражение. - Вы знаете больше о шести сокомах, чем кто-либо в Запад-Блоке. Давайте смотреть правде в глаза: все, что вы делаете, вы делаете для них...

- Я и смотрю, - спокойно сказал Ларс. Он скрестил руки и сел поудобнее. - Но представьте себе, что когда этот автономный телерепортер спросил меня там, на улице, получаю ли я действительно нечто захватывающее, я сказал ему правду.